Положение маленького ребенка в современном мире часто описывается одной емкой фразой: «Детство в опасности». Милому, радостному, игривому, мягкому, неторопливому, наполненному фантазией и близкому к природе детству угрожает искусственный, абстрактный, серьезный, деловой, быстрый и наполненный машинами современный мир. Именно современный: еще 200-300 лет назад он был совсем другим и, похоже, с детством там все было в порядке – видно, недаром множество европейских сказок дошли до нас в антураже именно того времени: с королями, принцами и принцессами времен барокко или рококо. Но что же случилось с миром за эти пару сотен лет? Что за время настало?
Дух времени
Для духовной науки «дух времени», разумеется, не есть абстрактное понятие, обозначающее просто сумму неких отличительных качеств данной эпохи. Нет, она видит в нем живое существо. Живое духовное существо, живущее в ином мире. И это существо само и является причиной появления упомянутых качеств: иными словами, духовная наука видит в «духе времени» не «дух», а Духа.
И она знает также, что таких Духов времени совершенно определенное количество – семь, – и они сменяют друг друга поочередно в определенной последовательности. Последняя известна из глубокой древности и носит название «звезды магов», представляя собой одновременно последовательность семи планет – видимых глазу светил, вращающихся вокруг Земли, куда кроме собственно планет входят также Луна и Солнце.
Во многих преданиях дошли до нас упоминания об этих духах-правителях. Одно из последних – написанное в 1509 г. сочинение Иоганна Тритемия, аббата монастыря в Спонхайме (Германия), которое начинается так: «Многие личности древних времен имели воззрение, что этот сотворенный мир по воле Наивысшего Ума (который есть Бог) упорядочивается и направляется вторичными умами… меж ними семь духов, назначенных владыками семи планет… из них же, от начала неба и земли, каждый по очереди правит миром 354 года и 4 месяца».
Эти семь духов принадлежат к той иерархии, которая в христианстве именуется Архангелами. «Семь Архангелов Божиих» известны как в католицизме, так и в православии, хотя и под немного разными именами. Но двух из них знают все, причем далеко за пределами церкви: это Гавриил и Михаил. Мало кто помнит также об их связи с планетами из «звезды магов» (поскольку «семь планет» ассоциируются с астрологией, а не с религией), однако для нас это важно. Отметим, что Гавриил связан с Луной, а Михаил – с Солнцем.
И вот, духовная наука сообщает нам, что в настоящее время Духом времени является не кто иной, как Михаил, Архангел Солнца. Он вступил в силу в 1879 году и будет Духом времени, соответственно, до начала 23-го века (354 года). Потому антропософия называет наше время Эпохой Михаила.
Далее. «Звезда магов» оказывается законом поистине универсальным. Еще Клавдий Птолемей писал о том, что семь духов (те же самые семь Архангелов) ведут нас по жизни и каждый руководит по очереди одним из семилетий нашей биографии. То, что каждые семь лет в человеческой душевной жизни происходят значительные изменения, заметила и психология развития, на этом же основывается и вальдорфская педагогика. Так вот, в этой последовательности собственно детство – первое семилетие – стоит под знаком Луны, то есть Архангела Гавриила.
Таким образом, вопрос о месте «детства» в «современности» можно поднять до более высокого: каково место Лунных качеств в эпохе Солнца? Как чувствует себя семилетие, стоящее под знаком Гавриила, в эпохе, когда правит Михаил?
И удивительное дело: эти два самых известных архангельских имени напрямую встречаются и в историческом становлении: в 1879 году, когда Духом времени стал Михаил, он сменил именно Гавриила! Предыдущей 354-летней исторической эпохой, начавшейся в 1525 году и в 1879 году окончившейся, той самой, по моде которой так часто одеваются сказочные принцессы, была эпоха Луны.
Прекрасно. Однако как все это подтвердить – на практике, а не в теории? Могу ли я действительно как-то увидеть эти «качества Солнца» или «качества Луны» в своей жизни, в мире вокруг меня или в том мире, который окружал моих прапрадедов? Или же все эти древние познания так и останутся лишь преданием? Ведь если сегодня Михаил в самом деле является Духом времени, я должен как-то увидеть его в мире – в обычном мире за пределами антропософского общества и вальдорфской школы. Ведь не для антропософов же одних он пришел, в конце концов! (Возможно, они одни из немногих, кто об этом знает и помнит, но это ведь не значит, что Михаил действует только через них.)
Итак, на сравнении упомянутых двух исторических эпох – той, что закончилась в 1879-м, и той, что началась – я и предлагаю сосредоточиться. (Конечно, объем статьи позволяет лишь бегло взглянуть на самые яркие черты в нескольких сферах жизни, которые у всех на виду.) Тогда, возможно, не выходя за пределы реальных, обозримых социальных явлений, мы сможем лучше увидеть и место «детства» в «современности».
И хочу отметить здесь, что человеком, открывшим лично мне глаза на такой способ видеть действия Духов времени, который лежит в основе дальнейшего изложения, стал словацкий ученый д-р Эмиль Палеш, посвятивший 30 лет своей жизни изучению этих действий и доказавший их статистически.
Время Гавриила
Итак, если представить, что Гавриил стал бы «поводырем» человеческих сердец, то к чему он должен был бы побуждать людей? Куда бы их направил? – Кто смотрел пьесу «Изгнание из Рая», которую ставят в вальдорфских школах на Рождество, тот видел это воочию: Гавриил мечом изгоняет людей из Рая и направляет их вниз, на землю. Он призывает их воплощаться. Действительно, в первом семилетии та же самая задача стоит и перед ребенком. Что же произошло в человечестве, когда в 1525 году пришел Гавриил? – Началась научная революция, которая направила внимание людей на физический мир и перевернула прежние представления о нем. Люди будто впервые обнаружили, что мир можно исследовать, измерять, взвешивать и отыскивать его законы.
Практически все законы физики, химии, механики, которые сегодня изучают дети в школах, были открыты именно в ту эпоху. Живописцы стали все более тщательно изображать внешний мир, а не мир идей, причем так стремились отразить этот мир объективно, подобно ученым, что к 19 веку довели свое искусство практически до фотографической точности. А к концу эпохи была наконец изобретена и фотография, которая стала отражать мир совершенно – подобно Луне, отражающей солнечный свет.
Очевидно, что внешние чувства восприятия стали для людей главенствующими. То же самое справедливо и для маленького ребенка в первом семилетии – недаром вальдорфская педагогика раннего возраста так заботится о здоровых восприятиях и ценит натуральные, природные материалы.
Стремление «воплотиться» у человека того времени видно невооруженным глазом: на нем в буквальном смысле было много плоти, в моду вошли полные фигуры с пышными формами (взгляните лишь на «Три грации» Рубенса) – что делало людей похожими на больших младенцев или беременных женщин. Одежда совершенно этому соответствовала: белые манжеты и манишки, тонкие кружева, парики, ленты и банты.
Особенно странно эта откровенно детская одежда выглядела на солдатах, однако и сама война напоминала детскую игру или театр: всех больше всего заботила внешняя красота действа, полки вступали в бой маршем и под музыку, ровными рядами, не прячась от пуль и ядер, а полководцы расставляли их на поле боя и передвигали точь-в-точь как дети солдатиков. Да и не только война, но и вообще человеческие взаимоотношения напоминали театр. Люди жили жеманно, играючи, играючи лишаясь жизни на дуэлях… Светский бал-маскарад – очевиднейший символ эпохи.
В архитектуре барокко мы также находим качество, с иной стороны родственное первому семилетию: это очевидно «материнская» архитектура, стремящаяся «обнять» человека, помещающая его будто бы в некое лоно.
В целом это явная имагинация раковины: чего-то замкнутого, защищающего, со скругленными углами, белоснежного (ну да, отражающего) и при этом родственного водной стихии – исконной стихии Луны. И тоже, конечно, со множеством внешних украшательств растительной (т.е. опять же водной) природы. И разумеется, именно в эпоху, родственную детству и материнству, развился материализм – ведь мать-материя стала главной ценностью и стремление сконцентрироваться на физическом мире достигло апогея.
Можно отыскать и множество других родственных качеств в самых разных областях жизни того времени. Да, Гавриил действительно будто пронизал все человеческие души одинаковым стремлением.
Но пойдем дальше.
Время Михаила
Что же изменилось в человечестве в конце 19 века? В 1879 году, когда Духом времени стал Михаил, родился Казимир Малевич. Пару десятков лет спустя он создаст картину, ставшую символом своей эпохи: и она вовсе, совершенно не будет изображать мир природы, к чему так стремились художники все последние 400 лет. Пока Малевич рос, другие уже уловили изменившееся дыхание времени: Ван Гог, Моне, Сезанн, Гоген стали рисовать по-новому и оказались предшественниками авангардизма. С них начался постепенный уход от точного изображения природы, искажение пропорций, устранение перспективы и т.д. Главным стало не отражение внешнего мира, а, по сути, нефизические объекты: цвет как таковой и форма как таковая. Родился абстракционизм.
Нечто подобное стало происходить и в других искусствах, например, в музыке. С экспрессионистов (поздний Малер, Рихард Штраус, Барток, Шёнберг) начинается постепенный уход от внешней совершенной красоты гармонии, разрушение иерархического тонального строя, в конце концов, попытки вырваться за пределы темперации и совершенно абстрактная модернистская музыка, уничтожившая как гармонию, так и мелодию с ритмом и оставшаяся, по сути, лишь со своим ядром, со своими праэлементами: звуками и интервалами.
Уничтожение внешнего, физического, природного в стремлении добраться до внутреннего, нефизического, до сущностного ядра – то есть до некой идеи, лежащей в основе вещей, – это стремление мы можем увидеть во всем развитии искусства начиная с конца 19 века и вплоть до сегодняшнего дня. Современное «modern art» уже вообще не обращает внимания на внешнюю красоту или эстетичность, оно может быть даже отталкивающим, ведь главное в нем – «стиль» и идея. Идея, находящая себе совершенно различные (часто немыслимые) способы выражения в материи, что ярко проявляется в современных инсталляциях.
Эту тенденцию с конца 19 века мы видим не только в искусстве. То же самое проделала наука, начав исследовать уже, собственно, не физический мир, а то, что лежит в его основе, в ядре: в 1896 году была открыта радиоактивность, в 1900 родилась квантовая механика, в 1905 году – теория относительности, которая попыталась уйти не только от физического мира, но даже и от времени, объявив и его относительным. Здесь важно, что относительность времени не была доказана практикой, не была выведена из наблюдений за внешним экспериментом, как это делалось последние 400 лет, но вытекала из формул, т.е. из идеи и, несмотря на возражения ученых старой школы, была-таки принята. «Мысленные эксперименты», типа парадокса близнецов или кота Шрёдингера, стали серьезным научным подходом – прямо как среди философов Древней Греции с их мысленными экспериментами об Ахиллесе и черепахе. А ведь Древняя Греция – это прошлый период правления Архангела Михаила, 354 х 7=2500 лет назад!
Архитектура также избавилась от внешних декораций и стала практичной, прямой, рациональной и функциональной, т.е. подчиненной идее, лежащей в ее основе. (Развиваясь и математизируясь, сегодня это движение пришло к параметрической архитектуре, где форму определяет уже не человек, а определенная формула = абстрактная идея, согласно которой компьютер выстраивает поверхность.)
Михаил как регент Солнца, как и само оно, всегда связан с чем-то центральным, с ядром, с сутью вещей; а суть вещей – всегда духовна и принадлежит к миру идей, миру духа. В человеке Солнцем является его Я, его духовная суть, индивидуальность. Она же дает человеку прямостояние и достоинство, то, что мы называем «внутренним стержнем». Михаил тоже всегда изображается стоящим прямо и достойно или с прямым копьем, пронзающим дракона. Образом этой прямоты в Древней Греции была колонна, ставшая символом того времени. В наше же время эта колонна вновь возродилась… ну конечно, в виде небоскреба (история его появления поражает точностью часового механизма: вначале подготовительный этап, аккурат до 1879 года, и с 1880 собственно возникновение небоскребов, которые вдруг стали расти повсюду как грибы после дождя).
Соответственно, как следствие прихода Михаила, индивидуальность – стержень, или Солнце человека – стала первостепенной ценностью. Война перестала быть балетной постановкой, всем стало совершенно неважно, насколько красиво это будет выглядеть внешне: солдаты и даже генералы стали готовы месить грязь в окопах, главное – сохранить человеческие жизни и рационально, с наименьшими потерями достичь цели (т.е. сути) – победы. Быстро развивается парламентская демократия и борьба за права человека, одна за другой падают родовые (лунные) монархически-наследственные формы правления, появляется феминизм, интернационализм, космополитизм, борьба за независимость колоний и т.д. Чуть раньше, почувствовав приближение нового времени, освобождаются рабы в Америке и крепостные в России. Избирательное право становится всеобщим, как и образование. В образовании прогрессивной тенденцией становится «индивидуальный подход» – появляется, например, педагогика Монтессори, которая в сочетании с использованием идейно-абстрактных средств выглядит чистым выражением нового Духа времени.
Кстати, какое бы недовольство мы ни высказывали современной массовой поп-культурой, можно увидеть, что она ведь, по сути, является тем же всеобщим избирательным правом, только в культурной области: если раньше право пользоваться плодами культуры принадлежало только узкому кругу избранных, теперь оно спустилось к каждому. И вообще, именно с тех пор в наши официальные правовые документы проникла сакральная фраза, повторяемая неизменно в разных контекстах: «любой человек независимо от пола, расы, национальной принадлежности, религиозного вероисповедания и т.д. имеет право…» Всем стало важно и понятно, что главное в человеке – не внешнее, а внутреннее, именно то, что это человек, духовное существо. Даже «независимо от пола»… Признаем же, что борьба за права сексуальных меньшинств, изобретение возможности изменять пол и однополые браки (гомосексуализм, кстати, очень хорошо был известен опять же именно в Древней Греции) – дальнейшее продолжение той же тенденции.
Все это, а также множество других примеров, которые приводить здесь нет места, можно охватить одним жестом: Михаил стремится уйти от всего внешнего, материального и привести человека к сущностному, идеальному, духовному. Жест же Гавриила противоположен!
Гавриил все материализует, а Михаил все одухотворяет.
Именно поэтому два этих Архангела по канону стоят в православных храмах на Северных и Южных вратах алтарной преграды: один изгнал человека из Рая в материю, а благодаря другому человек получает возможность вернуться в Рай. И потому их еще называют Ангелом Рождения и Ангелом Смерти. Смерти как возвращения к духу, пробуждения в духовном мире.
Вначале теософия (1875), а затем антропософия (1902) и множество других новых духовных течений, ведущих человека к духовному миру, также возникли с приходом Михаила.
Итак, не лежит ли именно в этой полярности двух «врат» корень всех бед, связанных с детством в современном мире? Действительно: ведь сегодня души, приходя из духовного мира на землю и стремясь воплотиться, встречают здесь человечество, которое стремится развоплотиться! Которое всеми доступными способами стремится обратно в духовный мир!
Стремление уйти от материи видно повсюду: с конца 19 века люди в буквальном смысле стали все более раздеваться и сбрасывать плоть – красивыми стали считаться уже не телеса, щедро наполненные жизнью, а (идеальная) стройность формы, с минимумом одежды, что развилось позднее к моде на худобу, такую, в которой почти уже видна смерть – вплоть до недавних реальных смертей манекенщиц от анорексии.
И конечно, именно в эту эпоху, эпоху Солнца, у человечества появилась возможность избавиться от материи радикально: после упомянутого открытия радиоактивного излучения (разумеется, излучения!) прошло всего несколько десятилетий до изобретения устройств (которые так по- михаилически и были названы – ядерными), теоретически позволяющих вообще распылить всю Землю в космосе. И ведь, если присмотреться к жесту, – что делают эти устройства, как это выглядит? В самом деле, они ведь поистине приводят Солнце на землю! Как будто Солнце вдруг начинает сиять совсем рядом, прямо посреди нас.
И что удивительно: опять же с точностью часового механизма в том же году, когда было испытано первое такое устройство, появилось и другое устройство, которое с другой стороны взялось уничтожать материю – превращая ее в информацию: в 1945 году был создан первый электронный компьютер – «ЭНИАК». За 70 лет, прошедших с того времени, эти новые устройства в деле отрывания человека от физического мира преуспели даже больше ядерных: работая в самом чистом виде исключительно на нефизической субстанции – энергии, они сотворили из этой энергии новый, виртуальный мир, мир информации, который по сути представляет из себя тот же мир идей, но только – человеческих.
Да и вообще – весь сегодняшний мир с его тотальной искусственностью, ненатуральностью, неприродностью является ведь в то же время намного более человеческим, чем ранее: в самом деле, практически все вокруг меня искусственно, то есть сделано руками человека (ок, руками машин, но умом, идеями человека). Человек во всех смыслах слова в эпоху Архангела Михаила стал вершиной бытия. Даже духовная наука была названа в его честь.
Проблема
Есть, правда, во всем этом триумфе одна поначалу неприметная деталь: «Кто имеет ум, тот сочти число зверя 666, ибо это число человеческое» (Апостол Иоанн, Откровение, 13:18). Что хотел сказать автор этого послания? Ведь я чувствую, что несмотря на всю михаиличность, что-то странное живет в однополых браках. Что-то странное живет в современном искусстве, которое слишком часто вместе с внешним уничтожает и смысл. Что-то не так в высокой парижской моде – моде безжизненных иссушенных тел. Что-то не так и в ее противоположности – поп-культуре. Что-то не то живет в виртуальном мире и в искусственно-пластиковом мире небоскребов, да и к ядерному оружию, разумеется, есть вопросы. Положа руку на сердце, что-то не так и с чересчур абстрактной педагогикой Монтессори. Явно есть что-то неправильное в том, чтобы, подобно тому как взрослые в прошлой эпохе стремились стать детьми, стремиться сегодня как можно быстрее сделать из детей взрослых…
Что же случилось? Я же вижу, что все это изначально импульсы Михаила, импульсы солнечного Духа! Но это Солнце будто… запятнано. Будто оно стало не просто греть и освещать, а сжигать.
В антропософских кругах существует представление, что сегодня люди должны освободиться от влияния Духов времени. Но, однако же, Рудольф Штайнер все-таки призывает к тому, чтобы научиться служить Михаилу, служить Духу времени!
Освободиться от влияния, но служить?! Не в этом ли разгадка?
Служить – это ведь сознательное действие, оно исходит сверху. Я служу кому-то, кто надо мной, и я осознаю его присутствие. Я слушаю, чего хочет он.
Напротив, влияние – это что-то, что втекает в меня помимо моего сознания, нечто проникающее в меня не сверху в свете, а как-то снизу, из темноты. А сознание мое в это время занято чем-то совсем другим – и возможно, вполне материальным? И я пытаюсь лишь почувствовать, чего хочу Я? («Следуй своим желаниям» – не мотто ли современности?)
И, может быть, я использую тогда михаилические идеалы в действительности для удовлетворения страстей, приходящих снизу? Так вот, не выглядит ли так, что если раньше это было не страшно – следовать неосознанным желаниям, исходя из которых только и жили люди века и тысячелетия тому назад, – то именно в эпоху Михаила совершенно необходимо следовать его импульсам сознательно и пробужденно? И очень опасно позволять им проникать подспудно, снизу, в бессознательном сне – потому как мы ведь знаем, кто там внизу под Михаилом! Кто именно у него под ногами!
Действительно, Михаил приходит не один. Он всегда вместе с Драконом. На множестве изображений он или борется с ним, или ожидает битвы, стоя наготове с мечом. Парадоксально, но одновременно с просветлением сознания нижняя природа всегда обретает особую силу: ну да, ведь она освещается. И это не просто философия саморазвития, мы можем увидеть, как это осуществляется вовне, в мире, сегодня, прямо у нас на глазах. В 1879 году, как описывает Рудольф Штайнер, в духовном мире Михаил одержал победу над Драконом, и тот был низвержен… на землю*! Более того, в начале 21-го века (в самом средоточии эпохи Михаила) этот Дракон обретет особую, невиданную власть.
При этом Рудольф Штайнер, по сути, не оставил нам особых указаний, что с этим делать. Кроме одного. Раньше оно всегда казалось мне слишком общим и ничего не говорящим по существу.
Однако сейчас, после всего рассмотренного, оно вдруг открылось новым смыслом. Он сказал так:
не проспите!
